Отправила ребенка в лагерь, а руководство село мне на шею: то воды требует привезти, то бумаги

Шарманку про летний лагерь Тимоша завел еще зимой. Сосед по парте, Матвей, с третьего класса не пропускал ни одного сезона в самом популярном учреждении нашей области. Вот он и прожужжал уши моему ребенку о том, как хорошо и весело отдыхать вместе с толпой других детей под вялым присмотром вожатых. Тимофей, разумеется, загорелся идеей тоже поехать в лагерь этим летом. Еще в апреле начал ныть, что больше к бабуле на дачу ни ногой. Она, мол, не дает ему там спокойно жить, потому что постоянно лезет с нравоучениями. В глубине души я сына поддержала. Свекровь у меня та еще воспиталка по жизни. Ее хлебом не корми, а дай кому-нибудь нотации почитать. Заведет старую пластинку, пошло-поехало. Почему ребенок так мало читает, почему спит до обеда, почему не хочет грядки окучивать. И коронное: — Я в его возрасте пешком в школу три километра ходила. С утра сама печку растапливала, братьев кормила. А ваши дети! Честно, иногда так и хочется сказать, да отстаньте вы от ребенка! Да, они не такие. И не должны быть такими, какими были вы! И эти постоянные жалобы на то, что Тимофей ничего не ест, а вот свекруха в его возрасте уминала все, еще и добавку всегда просила. Это не отдых, а мучение какое-то. Когда Тимка в очередной раз затянул песню про летний лагерь, я задумалась. Еще и Светлана, мама Матвея, подбросила дров в костер моего сомнения. — Тут даже думать нечего! Бери путевку, наши мальчишки в одном отряде будут. Лагерь отличный, не сомневайся. У меня старший сын семь раз там был! И каждый раз возвращался с горящими глазами. Ну ладно, подумала я, рискнем. В крайнем случае, Тимоху всегда можно забрать, не дожидаясь окончания смены. Не колония же для малолетних преступников. Первые два дня в лагере были замечательными. Я, конечно, волновалась и мысли разные лезли в голову. Но Тимофей, звонивший по вечерам, рассеивал мои тревоги. Рассказывал, как замечательно проводит время, как перезнакомился со всем отрядом и подружился со всеми вожатыми. Ими, кстати, оказались студенты местных вузов. На третий день раздался звонок с одного из контактных номеров лагеря, которые нам дали при оформлении детей. Я сначала даже испугалась. Неужели что-то случилось?! Но заместитель директора лагеря, как представилась звонившая женщина, меня успокоила. — С вашим ребенком все в полном порядке. Я звоню по другому поводу. А дальше прозвучала странная просьба привезти в лагерь упаковку воды. Я удивленно спросила, неужели у них нет питьевой воды. Замдиректора ответила уклончиво. Вода, мол, есть, но нужен запас, и именно в бутылках. Что ж, надо так надо, подумала я. И вечером после работы поехала в лагерь, предварительно закупившись водой в супермаркете. Через два дня снова звонок с того же номера. И снова просьба. На этот раз привезти в лагерь туалетную бумагу! — У вас что, бумага закончилась?! — растерялась я. Нет, ответила заведующая, но она нужна про запас. На всякий, мол, случай. Отказываться я снова не стала. Все-таки в лагере мой ребенок. Который, кстати, продолжал ликовать по поводу отдыха. Я осторожно спрашивала, всего ли им хватает. Сын уверенно отвечал, что есть все, и всего много. — И воды? — спросила я. — И воды, — ответил Тимофей. Очень странно, подумала я. Может, лагерь за счет родителей восполняет свои запасы? Но ведь путевки платные и довольно недешевые. Через несколько дней замдиректора позвонила снова и попросила привезти несколько упаковок бумажных полотенец. Потом была просьба привезти несколько настольных игр, а также влажные салфетки. После пятой или шестой поездки в лагерь я разозлилась. Серьезно, это уже не смешно. Мотаюсь в лагерь, как на работу. Свекруха, случайно узнавшая о моих снабженческих путешествиях, ехидно хихикала. Что, мол, съела, отправила ребенка в лагерь вместо бабушкиной дачи. Я держала лицо. Но в душе все клокотало. При очередном разговоре с замдиректора лагеря я не выдержала. Слушайте, говорю, а на что ушли деньги, которые мы заплатили за путевки. Женщина начала что-то мямлить про то, что родители, мол, тоже должны вкладываться. Дескать, это же лагерь, здесь так принято. Вот это новости, отвечаю. Да даже во времена СССР таких поборов не было! Как-то умудрялись все свое иметь. А здесь то одно вам надо, то другое. — По-моему, ситуация ненормальная, — наконец сказала я замдиректорше. Та снова что-то замычала. А потом вдруг выдала: — Вы знаете, у нас в лагере вот так принято. Кооперация. Знакомо вам это слово? Таким образом вы, родители, показываете свою заботу и неравнодушие. Конечно, ответила я, а деньги, на которые вы должны были закупать бумагу и кучу других важных мелочей, вы наверняка себе в карман положили. В общем так, сказала я, пишу жалобу в вышестоящие инстанции. И пусть там проверят, как вы расходуете средства!

В рубрике "Мнение читателей" публикуются материалы от читателей.

Читать полностью

23 комментария