Шкатулка рецептов
Cвeкpoвь жилa у нac мecяц, a кoгдa мoя мaмa пpиeхaлa нa выхoдныe, муж cкaзaл: «Нe вpeмя для гocтeй»
Cвeкpoвь жилa у нac мecяц, a кoгдa мoя мaмa пpиeхaлa нa выхoдныe, муж cкaзaл: «Нe вpeмя для гocтeй»— Семён, ты даже не спросил! — Марго с размаху поставила пакеты на стол, яблоки покатились во все стороны. — Просто взял и сказал маме «конечно, живи», а обо мне подумал?
Семён растерянно ловил убегающие фрукты.— Маргош, ну что я мог сделать? У неё же труба прорвала, квартира вся в воде. Не на улице же ей жить! Это ж на пару недель всего, пока ремонт…
Марго выдохнула, стараясь взять себя в руки. Принялась раскладывать продукты по холодильнику. — Сём, мы же договаривались — важные решения вместе принимаем. Помнишь?— Да какое это важное решение? — Семён подошёл сзади, обнял за плечи. — Это ж мама. Две недели — и всё, даже не заметишь.
Марго отстранилась, посмотрела на него с сомнением. — У нас двушка, Сём. Где она спать будет? На диване в зале? А как же… ну, наша личная жизнь? — Придумаем что-нибудь, — уверенно заявил Семён. — Мама неприхотливая, сама сказала — диван устроит. Марго усмехнулась.— Ага, неприхотливая. Помнишь Новый год? Она мой салат есть не стала — я, видите ли, морковку не так режу.
— Ну ты же преувеличиваешь, — отмахнулся Семён. — У всех свои заморочки. Потерпим как-нибудь. Тут телефон зазвонил. «Мама» высветилось на экране.— Да, мам… Да, встретим, конечно… Завтра в два? Хорошо, заеду… Сколько чемоданов? Три?! — он виновато глянул на Марго. — Да-да, поместимся…
Марго молча стояла, скрестив руки. — Три чемодана на две недели? — спросила она, когда он положил трубку. — Ну, ты ж женщина, должна понимать, — попытался пошутить Семён. — Косметика там, платья… — Май на дворе, Сём. Какие платья на три чемодана? — Да ладно тебе, — вздохнул он. — Давай постараемся, чтоб всем хорошо было. Марго глубоко вдохнула. — Ладно, Сём. Постараюсь.Татьяна Евгеньевна явилась минута в минуту. Семён притащил не только три чемодана, но ещё и кучу пакетов.
— Маргоша, солнышко! — свекровь обняла невестку, обдав волной приторных духов. — Здравствуйте, Татьяна Евгеньевна, — Марго изо всех сил старалась не поморщиться.— Ой, какая ты бледненькая! — свекровь отстранилась, оглядела невестку с ног до головы. — Сёмушка, ты что, жену не кормишь? Худая как щепка!
— Мам… — предупреждающе начал Семён.— Да шучу я, шучу! — рассмеялась Татьяна Евгеньевна и пошла осматривать квартиру. — Так, где я буду почивать?
— Вот, мы диван приготовили, — Марго показала на разложенный диван с чистым бельём. — Надеюсь, удобно будет.
Свекровь оглядела спальное место, поджала губы. — Конечно, удобно. Я ж ненадолго. Хотя спина уже не та… Ну да ладно, потерплю. Марго и Семён переглянулись. — Мам, может, что-нибудь ещё нужно? — спросил Семён. — Нет-нет, я самостоятельная. Вы меня и не заметите! Через час Марго поняла — это были пустые слова.Первая неделя превратилась в кошмар. Свекровь заняла всю гостиную: её вещи везде, телевизор орёт с утра до ночи, а запах духов, кажется, въелся в обои.
Но хуже всего было на кухне. Татьяна Евгеньевна, бывшая математичка, готовила как решала уравнения: каждый кусочек — строго определённого размера, каждая щепотка соли — отмеренная с аптекарской точностью.
— Маргоша, ты сковородку перегреваешь, — заглядывала через плечо. — Лук сгорит же! — Я всегда так готовлю, — сдержанно отвечала Марго.— Ну, если тебе пережаренное нравится… — пожимала плечами свекровь. — Сёмушка не жалуется, неприхотливый мальчик.
Через десять дней Марго ловила себя на том, что считает минуты до отъезда свекрови. «Ещё четыре дня», — думала она, наблюдая, как Татьяна Евгеньевна перекладывает посуду «по-человечески».
Но на четырнадцатый день, когда Марго осторожно спросила про планы, свекровь удивлённо воззрилась на неё:
— Ой, Сёма разве не сказал? Ремонт затягивается. Электрика менять надо, прораб говорит. Ещё недельки две минимум.
У Марго всё внутри оборвалось. Ещё две недели?! Вечером попыталась поговорить с мужем. — Сём, почему ты не сказал, что мама ещё на две недели остаётся? Семён виновато пожал плечами: — Забыл. На работе завал, сама видишь — поздно прихожу.— Я как раз думала, что скоро всё наладится, — Марго понизила голос. — Сём, мне тяжело. Она каждый мой шаг контролирует, вещи переставляет…
— Мама просто помочь хочет, — Семён потёр лицо. — Слушай, давай не сейчас. Я вымотался. Марго хотела возразить, но увидела — муж и правда на ногах не стоит. Отложила разговор.Ещё через неделю «две недели» превратились в «ещё чуток, проводку поменяли, но с полом проблемы». А потом — «мастера на другой объект уехали, через пару дней вернутся».
Марго заметила: свекровь обживается всё основательнее. Привезла свою подушку, тапки домашние, даже любимую кружку. А Семён всё чаще задерживался на работе — от греха подальше.
Как-то вечером Марго не могла найти свой ежедневник. Обыскала всё — нашла в стопке журналов свекрови. Открытый, со загнутыми страницами.
— Татьяна Евгеньевна, — стараясь говорить спокойно. — Вы мой ежедневник смотрели? Свекровь оторвалась от телевизора:— А, эта тетрадочка? Да просто интересно стало, чем молодёжь занимается. Мы в наше время каждый чих не записывали.
— Это личное, — твёрдо сказала Марго. — Там рабочие заметки, встречи… Пожалуйста, не трогайте мои вещи.
— Ой, какие мы важные! — всплеснула руками Татьяна Евгеньевна. — Что там секретного? Я ж не чужая, я мать твоего мужа!
Марго почувствовала — терпение кончилось. Схватила телефон, вышла на балкон звонить маме.— Мам, я больше не могу, — шептала Марго, прикрыв дверь. — Она тут уже месяц. В вещах роется, всё критикует. А Сёма будто не видит!
Нина Юрьевна, как всегда спокойная и мудрая, выслушала дочь.— Доченька, может, мне на выходные приехать? Поддержу тебя. И с Татьяной пообщаемся — мы ж обе будущие бабушки, надо язык общий найти.
— Мам, это было бы чудесно, — выдохнула Марго. — Приезжай в субботу, я так соскучилась. Вечером сообщила мужу о визите матери. — Моя мама в субботу приедет. На выходные только. Семён замер с рубашкой в руках. — В субботу? Зачем так внезапно?— Внезапно? — удивилась Марго. — Я её сто лет не видела. И потом — твоя мама месяц у нас живёт, а моя на два дня не может приехать?
Семён вздохнул: — Маргош, сейчас не время для гостей. Ты сама говорила — тесно.— Погоди-ка, — Марго ушам не поверила. — Ты серьёзно? Твоя мама месяц гостиную оккупировала, а моя на выходные приехать не может?
— Это разное, — попытался объяснить Семён. — У мамы форс-мажор…— Форс-мажор месячной давности? — повысила голос Марго. — Сём, я вчера с Валентиной говорила, соседкой твоей мамы. Ремонт две недели назад закончился!
Семён смутился: — Может, какие-то недоделки…— Никаких недоделок! — Марго уже не сдерживалась. — Там всё готово. Твоя мама просто решила у нас пожить, а ты ей потакаешь. И при этом моей маме отказываешь? Как так, Сём?
Стук в дверь прервал их спор. На пороге стояла Татьяна Евгеньевна в халате. — Что за шум? О чём спорите? — Моя мама хочет приехать на выходные, — сухо сообщила Марго. — Ниночка? — улыбнулась свекровь. — Мило. Только где спать будет? Диван-то занят. — Вот именно, — поддержал Семён. — Надо отложить. Марго смотрела то на мужа, то на свекровь — не верила своим ушам.— Твоя мама месяцами может жить, а моя — нет? — воскликнула она. — Мама в нашей спальне ляжет, а мы с тобой в гостиной. Или ты на раскладушке, а я с мамой.
— Это неудобно… — начал Семён.— А то, что я месяц под звуки телека до полуночи сплю — удобно? — Марго уже не могла остановиться. — Нет, Сём. Моя мама приедет, и точка!
Развернулась и вышла, оставив их в растерянности.На следующий день напряжение только росло. Татьяна Евгеньевна начала «случайно» упоминать при сыне, как Марго «грубит» и «старших не уважает». Марго делала вид, что не слышит.
В четверг зашли соседи — Антон с Леной. Свекровь мигом очаровала их рассказами, пирожками угостила. Марго на минутку вышла и услышала, как свекровь вполголоса говорит:
— Тяжело Сёмочке с ней. Упрямая такая, ни в чём не уступит. Я тут помочь пытаюсь, а она огрызается только…
Марго замерла за дверью. Гнев поднимался волной. Хотела войти, высказать всё — но поняла: только подтвердит слова свекрови. Глубоко вздохнула, вернулась на кухню. Сделала вид, что ничего не слышала.
Работа стала единственным спасением. В турагентстве начался сезон, Марго с радостью задерживалась — лишь бы не идти домой.
Особенно сблизилась с коллегой Андреем — он недавно развёлся, хорошо понимал семейные проблемы.— У меня похожая история была, — рассказывал за обедом. — Бывшая тёща постоянно лезла в нашу жизнь. Я терпел — думал, ради жены. А потом понял: никто твои границы уважать не будет, если ты сам их не обозначишь.
— Но как обозначить, если муж не поддерживает? — горько спросила Марго.— Твой муж должен выбрать — мама или жена, — серьёзно сказал Андрей. — И если он выбирает маму… Тогда стоит подумать о будущем.
Марго задумчиво кивнула. Андрей прав, но легче от этого не становилось.Пятница выдалась особенно тяжёлой. Марго вернулась — а Татьяна Евгеньевна «порядок навела» в спальне.
— Я просто для Ниночки комнату готовила, — невинно сказала, когда Марго застукала её за перебиранием шкафа. — У тебя тут столько хлама! Эту блузку ты когда надевала последний раз?
— Татьяна Евгеньевна, — Марго старалась говорить спокойно. — Я ценю вашу… заботу. Но в следующий раз спрашивайте, пожалуйста, прежде чем мои вещи трогать.
— Какая неблагодарная! — покачала головой свекровь. — Я ж помочь хочу. В твои годы я уже двоих вырастила и дом в порядке держала.
Марго прикусила губу — чтоб не сорваться. Тут Семён позвонил — задерживается, проект отмечают.Весь вечер свекровь рассказывала, каким примерным был Сёмочка в детстве и как важно жене уют создавать. Марго кивала, мечтая, чтоб день скорее кончился.
В субботу Нина Юрьевна приехала к обеду, как обещала. Привезла домашний пирог, подарки всем — даже свекрови красивый платок.
— Танечка, как я рада! — искренне улыбнулась, обнимая Татьяну Евгеньевну. — Сколько лет, сколько зим!
— Да-да, Ниночка, — сдержанно ответила та, принимая подарок. — Спасибо, очень мило.Обед прошёл в напряжении. Свекровь критиковала каждое блюдо, Семён неловко сглаживал углы, Нина Юрьевна держалась доброжелательно, но было видно — всё замечает.
После обеда Семён вызвался посуду мыть, свекровь ушла «прилечь». Мать с дочерью остались вдвоём. — Тяжело тебе, — сказала Нина Юрьевна, глядя в глаза. — Я всё вижу. — Ой, мам, — Марго обняла её. — Так устала. Она каждый шаг контролирует, всё критикует. А Сёма…— А Сёма маму обидеть боится, — закончила Нина Юрьевна. — Мужчины часто такие. Но, Маргоша, поговори с ним серьёзно. Иначе это никогда не кончится.
Вечером Семён предложил фильм посмотреть всем вместе. Но когда включили фильм, выбранный Марго, свекровь демонстративно зевала и комментировала каждую сцену. В итоге переключили на её сериал.
— Вот так и живём, — тихо сказала Марго матери на кухне. — Всегда по её правилам.— Держись, девочка, — Нина Юрьевна сжала её руку. — Вы с Сёмой должны это решить вместе. Любишь ведь его?
— Люблю, — вздохнула Марго. — Потому и терплю. — Терпение — хорошо, но в меру, — мудро заметила мать. — Иногда и характер показать надо.Воскресенье началось с сюрприза. За завтраком свекровь объявила — получила сообщение от соседки Валентины:
— Представляете, ремонт-то давно закончен! Две недели назад! А эти мастера даже не сообщили. Безобразие!
Марго чаем чуть не подавилась. Посмотрела на Семёна — тот в тарелку уткнулся. — Вот как? — спокойно сказала Нина Юрьевна. — Значит, можете домой вернуться, Татьяна?— Ну, не так быстро, — возразила свекровь. — Надо ж проверить, всё ли в порядке. Вдруг напортачили. Да и привыкнуть к новой обстановке… Сёмочка сказал, я могу сколько нужно оставаться, правда, сынок?
Семён неопределённо плечами пожал: — Конечно, мам, но может, стоит проверить квартиру…— Вот и я о том же, — вмешалась Марго. — Татьяна Евгеньевна, Семён может вас сегодня отвезти, убедитесь, что всё хорошо.
— Сегодня? — свекровь глаза округлила. — Но у нас гости! Ниночка приехала…— Не беспокойтесь обо мне, — улыбнулась Нина Юрьевна. — Я завтра уезжаю, а вам своими делами заняться надо.
После завтрака свекровь в магазин ушла, Нина Юрьевна вещи собирала. Марго наконец смогла с мужем поговорить.
— Сём, ты знал, что ремонт закончен? Семён виновато глаза опустил: — Догадывался. Валентина неделю назад звонила, но мама сказала — хочет ещё побыть…— И ты со мной не обсудил? — Марго чувствовала, как гнев поднимается. — Сём, это и мой дом! Я имею право знать, кто и сколько в нём живёт!
— Я маму расстраивать не хотел, — пробормотал Семён. — Она говорила, одиноко ей…— А меня расстраивать не боишься? — скрестила руки Марго. — Знаешь, сколько раз я в ванной плакала? Больше не могу терпеть придирки и контроль!
Семён ошарашенно смотрел: — Я не знал… Ты не говорила…— Говорила! Много раз! Но ты только маму слышишь, — на глаза слёзы навернулись. — Сём, я твоя жена. Мы с тобой семья. Если ты нас на первое место поставить не можешь…
Не договорила, но Семён понял.— Маргош, давай не будем так резко, — попытался обнять, но она отстранилась. — Я с мамой поговорю. Обещаю.
— Сегодня, — твёрдо сказала Марго. — Либо она домой возвращается, либо я к Ольге уеду. Мне подумать надо о нашем будущем.
В комнату вошла Нина Юрьевна: — Простите, что прерываю. Но вам это между собой решить надо.— Мама права, — кивнула Марго. — Это наше решение, Сём. И мне знать надо — я для тебя на первом месте или нет.
Когда свекровь из магазина вернулась, Семён вызвался помочь разобрать покупки. Марго слышала их разговор на кухне — всё громче и громче.
— Мам, ты не можешь тут вечно оставаться, — твёрдо говорил Семён.— Ах вот как ты о матери заботишься! — возмущалась Татьяна Евгеньевна. — Это всё она, да? Против родной матери настраивает!
— Никто не настраивает, — голос Семёна звучал непривычно решительно. — Но у нас с Марго своя жизнь. И ты должна это уважать.
Через полчаса Семён вышел с решительным видом: — Я маму домой отвезу сегодня. Помогу квартиру проверить. Марго с облегчением выдохнула, благодарно сжала руку мужа. Может, не всё потеряно. Вечером Семён вернулся поздно — измотанный, но в глазах новая решимость.— Мама очень расстроена, — сел на кровать рядом. — Считает, ты меня против неё настроила. Что я её предал.
— И что ты ответил? — осторожно спросила Марго.— Что люблю тебя. И что наш дом — наше пространство, — взял её за руку. — Сказал, что она в гости может приезжать, но предупреждать заранее. И максимум — две недели.
Марго почувствовала — напряжение отпускает.— Не очень, — потёр шею Семён. — Сначала плакала, потом обвиняла. Сказала, я её на улицу выбрасываю. Пришлось напомнить — у неё своя квартира с ремонтом.
— Неохотно согласилась там жить. Но сказала — будет каждые выходные навещать, проверять, как я без неё.
Марго невольно улыбнулась: — Ну, визиты на пару часов я переживу. Утром Нина Юрьевна уезжала. Прощаясь, тихо сказала: — Помни, Маргоша — в отношениях важно границы устанавливать с самого начала. Даже со свекровью. — Поздно я это поняла, — вздохнула Марго.— Лучше поздно, чем никогда, — мудро заметила мать. — Главное — Сёма тебя поддержал. Это хороший знак.
Когда мать уехала, в квартире стало непривычно тихо. Марго с наслаждением прошлась по комнатам, возвращая вещи на места.
— Странно видеть гостиную пустой, — заметил Семён, помогая с книгами. — Зато снова наша, — положила голову ему на плечо. — Спасибо, что поговорил с мамой. — Прости, что раньше не сделал, — обнял Семён. — Не понимал, как тебе тяжело. Идиллию прервал телефон. «Мама» на экране.— Сёмочка, — громкий голос. — Ты не мог бы приехать? Кажется, мастера стиралку неправильно подключили…
Семён посмотрел на Марго: — Мам, я сейчас занят. Попроси Николая Петровича, соседа. Он в технике разбирается. — Но, Сёмочка… — Мам, я завтра после работы приеду, — твёрдо сказал. — А сегодня мы с Марго время вместе проводим. Закончил разговор, виновато улыбнулся: — Это будет непросто, да? — Непросто, — согласилась Марго. — Но справимся.Две недели прошло. Жизнь потихоньку налаживалась, хотя свекровь регулярно звонила с «экстренными» просьбами. Семён научился вежливо, но твёрдо отказывать, когда просьбы были явно надуманными.
В субботу Татьяна Евгеньевна пришла «на чай», как обещала. Принесла пирог, сделала вид, будто ничего не было.
— Ну как вы тут без меня? — спросила, оглядывая квартиру критическим взглядом. — Сёмочка, рубашка помята. Марго тебе не гладит?
— Я сам забыл погладить, мам, — ответил Семён прежде, чем Марго возмутилась. — У нас всё отлично. — Как ваш ремонт? — спросила Марго, переводя разговор. — Всё получилось, как хотели?— Ой, мастера такие криворукие, — махнула рукой свекровь. — Если б не Валентина, до сих пор мучилась бы. Кстати, Сёмочка, люстру в гостиной поменять надо…